В школах Якутска с 6 апреля стартует дистанционное обучение
В Якутии заработал Единый колл-центр судебных приставов
В Якутии продлили ограничительные меры до конца апреля и ввели новые
Два магазина в Якутске попались на продаже запрещённой продукции
Действие проездных билетов на общественный транспорт Якутска продлят

Огромная сумма денег на покупку квартиры, которую по случаю пришлось везти для родственника в Москву, совершенно лишила меня покоя, едва я села в Якутске в самолет. Узкие лямки специально сшитого для этой цели сатинового патронташа сразу впились в спину, твердые углы десятка пачек уперлись в грудь и живот… Пристегнутая ремнем безопасности, я боялась шевельнуться: мне казалось, что шорох купюр разносится по всему салону. Да и сосед как-то слишком выразительно и недвусмысленно посматривал в мою сторону.

Ни принесенный стюардессой обед, ни веселая комедия на экране «Боинга» ни на минуту не позволили расслабиться. Даже выпитый для храбрости коньяк не пошел на пользу. Все шесть часов мечтала только об одном – скорее очутиться на земле.

И вот долгожданная посадка в Домодедово. Томительное получение багажа, толкучка - волнений не меньше. Застегнув плащ на все пуговицы, крепко прижав к груди сумку с документами, я опасливо озиралась по сторонам. Какой-то шустрый водила, наметанным взглядом выхватив в толпе мое растерянное лицо, тут же услужливо шаркнул ножкой: «До «России»? Так это мы мигом». Не успела я оглянуться, как уже сидела в такси. Совершенно обессилев от перелета и переживаний, махнула рукой: «Будь что будет…»

Таксист вез долго, подозрительно петляя и петляя незнакомыми улицами, а счетчик все тикал и тикал… Но про «свои» тающие в тот момент деньги я думала меньше всего. Меня беспокоили чужие миллионы*, свинцовой тяжестью опоясавшие мое тело. Оказавшись, наконец, возле парадного подъезда гостиницы «Россия», не веря, что еще живая, я схватила чемодан и кинулась к спасительным дверям.

В номере мне с трудом удалось развязать, а затем сорвать с себя ненавистную «упряжь». В зеркале отразилась моя исполосованная перекрестными лямками спина. Ужас! Бордовые следы глубоко впечатались в кожу. «И дернул же черт согласиться на такое небезопасное дело?!» Ругая себя последними словами, я устало переступила порог ванной комнаты.

Спасительный душ совсем разморил, и меня бросило в беспокойный сон, в котором за мной гнались какие-то таксисты, собаки… А пачки денег сыпались и сыпались из дырявых карманов…

Утром, не выспавшаяся и злая, я села наводить «красоту» - часа через два должен был приехать в Москву мой брат из Риги, с которым мы давно не виделись. Времени вполне хватало, чтобы прийти в себя, сделать макияж, собраться с мыслями, назначить встречу родственнику, ну, и т.д. Главное, надо скорее отвязаться от злополучной ноши…

Неожиданно раздался телефонный звонок. «Саша? Ты где? Уже приехал и стоишь в вестибюле на первом этаже? А я ждала тебя позже. Будь возле стойки администратора, сейчас спущусь». С этими словами я выскочила из номера, и взволнованно-радостная побежала к лифту.

Кто хоть раз останавливался в гостинице «Россия» (одной из лучших и престижных в Москве на тот момент), знает, насколько бестолково она была спланирована внутри. Бесконечные лабиринты, лифты, запасные выходы и тупики. Их-то я и торопилась преодолеть как можно быстрее. «Саша приехал! Любимый брат! Вот здорово!»

И вдруг меня словно током ударило. От возникшей в сознании картины кровь прилила к лицу: «Боже мой, ведь деньги-то, вытащенные из-под подушки, остались лежать на столе у зеркала… Вернуться? Да нет, вот уже первый этаж… Никуда они не денутся…» Липкий назойливый страх, казалось, сковал все члены.

На ватных ногах, натянуто улыбаясь, я медленно двинулась к брату, стоявшему у входа. С распростертыми объятьями Саша шагнул навстречу. Подойдя ближе, он беспокойно посмотрел на меня: «Что это с тобой?». Неопределенно махнув рукой: «Потом, потом…», я быстро потянула его, ничего не понимающего, к лифтам.

И снова замельтешили, как в дурном видении: не тот этаж, не тот коридор, не те номера… Безликие стены равнодушно расступались в очередную пустоту, устланную красными ковровыми дорожками. Гасли последние лучики надежды. Я кляла неведомого архитектора, свою всегдашнюю готовность кого-нибудь выручать, не встретившего в аэропорту родственника, дурацкую гостиницу, сумасшедшую Москву, весь мир…

В висках стучало, сердце бешено колотилось, о предполагаемых последствиях страшно было подумать. Мне уже виделся немой укор на лице мамы и слышался осуждающий приговор родных: «Как ты могла так безответственно себя вести?» Нервы напряглись до предела, закипавшие слезы душили… Ведь продай я хоть все свое и родительское имущество, не рассчитаться бы с этим долгом. За всю жизнь…

Когда мы, наконец, после долгих блужданий очутились в нужном коридоре и увидели нужные цифры, я обрадовалась и обомлела одновременно… На глазах у нас вышедшая из соседнего номера горничная бодро двинулась с ведром и шваброй к моей двери. Едва не сбив ее с ног и, оттесняя плечом, я поспешно схватилась за заветную ручку и стала нетерпеливо нашаривать в кармане ключ.

«Женщина, да на вас просто лица нет… - опешившая от такой неожиданной прыти горничная удивленно воззрилась на меня. – Гляньте на себя в зеркало».

«Да, - подумалось в тот момент, - хотелось бы посмотреть на тебя, голубушка, когда бы ты наткнулась на столе на ТАКОЙ сюрприз!»

Саша, увидев развернутый «патронташ», сразу все понял и схватился за голову: «Ну ты даешь, сестрица!» Мне ничего не оставалось, кроме как упасть без сил в кресло и повинно развести руками.

Истерика случилась позже. Безудержные слезы, нервный смех и снова слезы…

* Это был период девальвации, когда зарплату выдавали миллионами, а услугами повсеместно открывавшихся банков простые советские люди еще не умели пользоваться.

НЕ ТОТ НОМИНАЛ

…Сохранившиеся в домашнем архиве расписки на покупку дорогой импортной мебели, уверена, привели бы в шок непосвященного человека. Так вот, оказывается, какие деньги зарабатывались в свое время!

Что правда, то правда – миллионы (из полученных с многими нулями зарплат), в конце концов, набирались. Однако только с учетом сумм, взятых в долг у друзей и родственников. Идти на это приходилось. Особенно если затевалось какое-нибудь важное приобретение для семьи – автомобиль, квартира, дача, норковая шуба и прочее. Порадовать себя можно было, только сильно расстаравшись.

Вошедшие в оборот новые деньги мне совершенно не нравились. Милее сердцу и кошельку оставались прежние, родные. Значительные…

Ведь в СССР обычный спичечный коробок стоил ровно одну копейку.

Ни в какое сравнение не идут с ними купюры 1995 года. Ужас… Бумажник полон – со счету собьёшься, а толку – мало…

Вследствие гиперинфляции в России 17 марта 1997 г. появилась самая крупная банкнота этого периода – 500 000 рублей, которая выпускалась менее года. С 1 января 1998-го была проведена деноминация рубля в 1000 раз.

И не вспомнила бы я про свое опасное приключение, если бы не эти давние расписки. Ими, правда, сопровождалась другая безумная затея, в которую мы ввязались с сестрой Мариной, отправившись в столицу за стильными мебельными гарнитурами для новых квартир. В беготне и суете «убили», что называется, ноги и нервы, но мечту свою исполнили.

Взятые на работе отгулы заканчивались, нужно было срочно возвращаться домой. Спасибо уважаемому коллеге Дмитрию Софроновичу Бубякину, корреспонденту ТАСС, находившемуся тогда в Москве. Он вызвался помочь и, несмотря на разного рода закавыки, своевременно отгрузил до Осетрово наши контейнеры.

Наталия КИМ.


Ссылки по теме:

Поделиться в соцсетях

Если вы стали очевидцем интересного события или происшествия, присылайте фото и видео на Whatsapp 8 909 694 82 83
25.01.2020 20:29 (UTC+9)

ЛЕНТА НОВОСТЕЙ